«Это не безнадежные люди, нет!» Пенсионерка 25 лет ищет способ вернуть к жизни сына с шизофренией

03.02.2018
Человечество  
 
18

«Это не безнадежные люди, нет!» Пенсионерка 25 лет ищет способ вернуть к жизни сына с шизофренией

Журнал «Имена» историю Тамары Ивановны и ее сына Владимира (имена изменены). В 20 лет Владимиру поставили диагноз «шизофрения». Сейчас ему почти 50, и практически все время он проводит дома.
0

Журнал «Имена» историю Тамары Ивановны и ее сына Владимира (имена изменены). В 20 лет Владимиру поставили диагноз «шизофрения». Сейчас ему почти 50, и практически все время он проводит дома.


В ДЕВЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ ПОПАЛ В СЕКТУ

Тамара Ивановна живет вместе с сыном Владимиром, которому под пятьдесят. В 90-е он учился в институте, а в девятнадцать лет попал в секту. Потом – в психоневрологический диспансер, откуда вышел с диагнозом «шизофрения». Исчезли друзья, на работу не устроиться. Как вернуться к нормальной жизни, непонятно. Порочная карусель: больница – четыре стены квартиры, квартира – больница.

В европейских странах таким людям помогают по возможности прийти в себя, восстановиться. В Беларуси Владимиру как взрослому инвалиду положена только пенсия в 240 рублей. Все остальное на плечах мамы, которая тоже недавно вышла на пенсию. И теперь особенно остро встал вопрос: что будет дальше? Вернуться к жизни людям с диагнозами, которых боится работодатель и обыватель, помогает минский Клубный дом. В феврале после долгого перерыва он наконец «заселяется» в новое помещение.  

С Тамарой Ивановной (имена героев изменены по просьбе матери) встречаемся «на нейтральной территории». Говорить о сыне дома, то есть в его присутствии, она не готова – Владимир отрицает болезнь. Ему 47, большую часть жизни он проводит в квартире. Выбирается разве что в магазин за сигаретами да в поликлинику на уколы. Пока мама не вышла на пенсию, заходил к ней на работу.

Когда-то Владимир учился в институте. Еще раньше, в школе, увлекался радиотехникой, получал медали на технических конкурсах. В девятнадцать лет попал в секту «Трансцендентальная медитация». А в двадцать ему поставили диагноз «шизофрения».
 


ДО БОЛЬНИЦЫ: «ЧТО ПЛОХОГО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ В ГОСУДАРСТВЕННОМ УЧРЕЖДЕНИИ?»

– Помните, что было в 90-е? На всех столбах – реклама школ духовных практик, – говорит Тамара Ивановна. – Они снимали залы в кинотеатрах, в школах, в детских садах – везде! Казалось тогда советским людям: вот это духовность пошла, вот это свет. Сын попросил абонемент на занятия по «трансцендентальной медитации» во Дворец юношества. Мы доверяли, ведь это государственное учреждение. Раньше был контроль: кто приходит, чему там учат. Что плохого может случиться в государственном учреждении?

По выходным к девяти часам Владимир уходил на занятия, возвращался после обеда. Родители спрашивали, почему так долго.
 


– Он рассказывал, как там хорошо, какая там космическая музыка. Они читали мантры и вращались под них. А после он начал странно реагировать на замечания. Чуть что – начинает вращаться и читать мантры. Перестал есть пищу, которую я готовила. Варил овсяную кашку. Ел только ее и сухарики. Я забила тревогу, – рассказывает мать.

Владимир учился хорошо, но из института его отчислили – пропускал занятия на военной кафедре. Мама говорит, что сын думал отслужить год после учебы, поэтому военным занятиям внимания не уделял. Но потом стало хуже:

– Сын читал книгу «Бахагавад-гита как она есть». И начал устраивать свою жизнь так, как он сам понял из этого учения и исходя из занятий, которые он посещал. Охотился за фотографиями, рвал и выбрасывал. Избавлялся от вещей, оставлял всего по одной паре – носки, рубашку. Остальные вещи прятал под кустами. Я ему гитару подарила – отдал кому-то. Такой вот минимализм, – рассказывает Тамара Ивановна о пути сына. «Аскеза» должна была избавить его от «болезненности последующих реинкарнаций».

Владимир стал обвинять мать в «вещизме», указывая на несколько хрустальных вазочек в серванте.

– Мы богато никогда не жили, обычная семья, но и не бедствовали. Говорю ему: «Посмотри на обложку своей книги, ваша богиня сидит, обвешанная золотом, на коне, украшенном драгоценностями. А у меня несколько вазочек».

Владимир продолжал свой «пост» и «освобождение от связей с семьей». А через некоторое время попал в психиатрическую клинику.


ЛЕЧЕНИЕ: «СПИТ СЕБЕ И СПИТ. ВСЕМ УДОБНО. А ЕМУ?»

– Из больницы ко мне вышел человек подавленный, с пустым взглядом. Мне объяснили: это воздействие лекарств. Врачи назвали мне диагноз и пожелали терпения. И я набралась терпения, и оказалось, что оно спасительно, – вспоминает Тамара Ивановна. Говорит, что тогда услышать «шизофрения» было то же самое, что услышать «рак».

В больнице женщина пыталась объяснить доктору, что считает, что на поведение сына повлияли духовные практики. Принесла книги, просила изучить их, но врач сказал: «Глубоко верующий человек – это уже ненормально».
 


– Под действием больничных лекарств человек спит, – говорит Тамара Ивановна. Больные и их родственники сравнивают действия этих препаратов со смирительной рубашкой. – Он спит себе и спит. Всем удобно. А ему? Он же человек, но он живет ненормальной жизнью. Раньше вообще был только галоперидол, сейчас и в Беларуси появились другие лекарства. В прошлом году впервые за все время в больнице Владимиру разрешили принимать витамины и минералы. Даже обычным людям они нужны для активизации работы мозга. Врач позволил – и я впервые за 20 лет увидела эффект от лечения.


РЕАБИЛИТАЦИЯ. «НИКТО НЕ ПРОБУЕТ ВЕРНУТЬ ИХ К ЖИЗНИ»

Тамара Ивановна считает, что с такими больными недостаточно работают психологи. Считается, что медикаментозного лечения достаточно. Самое тяжелое начинается после больницы. Социальные контакты сокращаются до минимума, родители и больные не получают поддержки или получают ее мало. Они просто не знают, как восстанавливаться после диспансера. Все на плечах близких.

Друзей у Владимира не осталось. Мама – единственный человек, с которым он общается.
 


– Моя роль – поддержание его жизни. Это то, с чем я как я человек, который недавно ходил на работу каждый день, как-то справляюсь. С остальным – сложнее. Интеллект у сына сохранен. Но нужна коррекция поведения, нужно восстановить навыки. Все это, наверное, может быть успешно, если этим будут заниматься профессионалы. Пока у нас людей с ограниченными от рождения способностями и тех, что заболели психически потом, рассматривают одинаково.

Лечат по-разному, но в плане реабилитации не разделяют. Причем для первых развивается система помощи, а для наших детей не сделано почти ничего. Открываешь журнал со статьями о помощи людям с ограниченными способностями. Видишь деток с синдромом Дауна. Они идут на контакт, улыбаются, где-то их устраивают на работу. Те люди, которые с ними занимаются, чувствуют себя востребованными. Это хорошо! А вот взрослые люди с таким диагнозом, как у моего сына, менее коммуникабельны, достучаться до них тяжелее. И почти никто и не пытается. С ними все было хорошо, но однажды они заболели – и оказались никому не нужны. Никто у нас не пробует вернуть их к жизни, помочь устроиться на работу. Целая группа людей обездолена.

Сейчас Владимир мало приспособлен к жизни. Но Тамара Ивановна уверена, что таким больным можно помочь.

– Было бы хорошо, если бы лечение больных шизофренией было схоже с лечением обычного заболевания. Вывели из острого состояния – перевели в обычную палату. Если сломана нога, потом назначают реабилитацию, где сросшуюся конечность разрабатывают. А в случае с шизофренией просто снимают острое состояние, прописывают таблетки и отправляют домой на диван. Там он и остается, лишенный контактов с людьми.
 


Идут годы, новые навыки не приобретаются, старые – теряются. Тамара Ивановна сама пробует научить сына правильно питаться, пользоваться карточкой, как-то планировать бюджет. Сейчас у него выходит около шести рублей в день – такая пенсия. Наиболее вероятная перспектива для таких взрослых больных без родственников – интернат. А у Владимира Тамара Ивановна одна.

– А мне хочется, чтобы он остался в своей квартире, – говорит мама. Она объясняет, что разрушить изоляцию могли бы психологи и социальные службы. Профессиональные.

– Сейчас в Беларуси у тех, кто учится на социального работника, в курсе 30 часов психиатрии. Всего 30 часов! Что человек за это время узнает? Это же действительно сложные больные. Не безнадежные люди, нет, но с совершенно особенным поведением, которое нужно корректировать и направлять.

В Европе социальный работник, который будет заниматься людьми с психическими заболеваниями, изучает проблему углубенно четыре года, практика – со второго курса. И результаты совершенно другие. Больные восстанавливаются, насколько это возможно. Они не чувствуют себя одинокими, общество их не боится.

Не боится и работодатель слова «шизофрения», например. Думаете, не может такой больной заниматься каким-то спокойным трудом? Еще как может!
 


КАК ВЫ МОЖЕТЕ ПОМОЧЬ

Иногда Владимир приходит в минский Клубный дом. Это место, где помогают людям после психиатрических клиник: бывшие пациенты вместе готовят, занимаются шитьем, фотографией, организовывают сами себе занятия – учебу и досуг. Они при деле, да и родственники могут отдохнуть.

Владимир пока не то чтобы очень активный участник жизни Клубного дома. Но, как говорят организаторы, выйти из своих четырех стен и сказать «здравствуйте» – это уже хорошо, это первый шаг. В принципе ходить таким людям особо некуда.

В феврале после четвертого переезда и очередного ремонта своими силами Клубный дом начнет работу в полную силу. Пока не было крыши над головой (почти год!), участники Дома собирались в парках, ходили в музеи и на выставки. Это неудобно, не всем подходит. Клубный дом – от ресепшена до кухни – должен быть открыт весь рабочий день.
 

 

За все время через Клубный дом прошло 150 человек. Им помогают социальные педагоги, психологи, юристы. Кто-то из бывших пациентов становится завсегдатаем Дома, кому-то юрист помогает устроиться на работу – тогда человек появляется в Доме все реже. Неожиданный переезд (не продлили аренду) ударил по Дому. Пришлось искать новое помещение, собирать деньги на электриков, долго согласовывать с коммунальщиками новую проводку. Света пока нет, но скоро будет. Впереди – косметический ремонт, который делают сами участники Дома.

Помочь клубному дому можно вот

 

Перепечатка материалов возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

   Фото: «Имена».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
03.02.2018
Человечество  
 
18
0
КОММЕНТАРИИ
Что то из статьи так и не понял как проявлялась его шизофрения? Веришь не в тех богов, соблюдаешь не те посты и ритуалы, не пытаешься заработать на квартира, дом, иномарка, гаджеты, шмотки в тренде - шизофрения? Еще и в больнице обкачали чем то. Желаю выздоровления, хоть и не понял от чего. Не вписывается человек в современную доминирующую доктрину общества, только тут проблема возможно не в человеке.
ОТВЕТИТЬ
У них там четкая схема: обращаешься в первый раз - ставят диагноз психопатия, обращаешься в (слава Богу не знаю, какой именно) например, четвертый или пятый - ставят шизофрению.В советское время основным назначением этих больниц была так называемая "карательная психиатрия". Советский союз распался, а методы "лечения" остались прежними. Мама, видимо, в первый раз сдала по незнанию из лучших побуждений, а потом они вместе с мамой попали в порочный круг, т.к. таблетки, там выдаваемые, вызывают нешуточное привыкание и повреждение даже ранее здорового мозга.
ОТВЕТИТЬ
Тоже после больницы(не новинки) и не шизофрения не хватало какой-то поддержки, какой-то помощи в осознании того,что стоит диагноз, какого-то входа в жизнь уже с осознанием, что ты болен, но я настояла и мне выделели психолога, она дала понять отчего все произошло, как принимать себя, жить с этим. А так конечно дали только таблетки и вперёд - живи как хочешь. Особенно трудно было принять факт того, что ты болен, хоть и жил 30 лет и даже не думал, что что -то с психикой, думал характер и все такое.
ОТВЕТИТЬ
поделитесь пожалуйста контактами психолога.
ОТВЕТИТЬ
на бехтерева 5 работает Наталья Борисовна Статкевич
ОТВЕТИТЬ
Кстати, мой диагноз сводится к тому, что у меня нестандартное мышление, так что всем любителям писать в резюме особенно на дизайнера на заметку. теперь у меня и справка есть.
ОТВЕТИТЬ
У нас у всех что-то с психикой. Нет здоровых - есть не обследованные, или по другой версии - нет здоровых кроме психиатров. Просто одни люди относятся к вопросу ответственно, а другие, которым как раз лечиться нужно было бы в первую очередь, ведут более чем активную социальную жизнь и даже лезут на первостепенные общественные роли.
ОТВЕТИТЬ
Протос 03-02-2018, 16:40
+21 22 1
Насколько я знаю, то шизофиения может сидеть долгие годы и не давать о себе знать. Знаю людей, которые спокойно учились в школах, поступали в институты, служили в армии. А потом внезапно наступали расстройства психики. Обычно после каких-то эмоциональных переживаний. Ну а врачи что? В психушку и таблетками, превращая человека в овощ. Это были 80-е и 90-е. О какой психологии и реабилитации может идти речь? Тогда даже в больничку не особо брали и многие так и жили с расстройством, которое ложилось на плечи родных.
Ну а что сейчас им нет работы и вообще среды взаимоотношений, то вы же видите, что и здоровый человек сейчас никому не нужен, не говоря уж о людях с отклонениями.
ОТВЕТИТЬ
> Владимир продолжал свой «пост» и «освобждение от связей с семьей». А через некоторое время попал в психиатрическую клинику.

Какая-то недосказанность про обстоятельства попадания в клинику. Если вера во всякую чепуху считается шизофренией, то в дурке должна лежать половина человечества.
ОТВЕТИТЬ
Андрей 04-02-2018, 21:10
+5 5 0
Голоса в голове появились или еще какой-нибудь психоз начался. На самом деле, если он попал в больницу, то была явная причина.
ОТВЕТИТЬ
Масяня 03-02-2018, 22:08
+1 2 1
Да, печальненько...
ОТВЕТИТЬ
coremecoreme 03-02-2018, 22:11
+8 9 1
оч.серьезная тема, незаслуженно "обходимая" вниманием общества и сми.
аутизм освещается, а вот такие случае мало кого занимают. а дело крайне серьезное.
и да, это и впрямь не безнадежные люди.

они могут и пользу обществу приносить и став менее "дикими" себя лучше чувствовать и меньшую опасность представлять для остальных т.н. "нормальных" членов общества: например ЧП/ЧС - пожаров и т.д. элементарно меньше будет. ведь даже не состоящие на учете у психиатра люди могут устроить ненароком пожар, а что уж говорить например о курильщика в специфич.состоянии (а наш герой, увы, курит)

мне вот приятель как-то говорил, что у его родителей есть некие там друзья семьи, так у них оч.взрослая дочь тож такая социально неадаптированная: дома очень долго пребывает, боится общества, не может устроить личную жизнь, притом что якобы внешне вполне недурна собой.
он не упоминал, но наверняка - пребывание в психиатрич.клинике -- у нее "в анамнезе". как минимум с депрессией какой... или неврозом

между прочим недавно была такая довольно-таки горячая новость: из новинок сбежала пациентка, которая была прежде фотомоделью, вплоть до публикации в качестве главной модели на обложке русского cosmopolitan.
и нашли ее не на первый день. у нее тоже - как и у этого человека - диагностирована шизофрения.
об этом инциденте и о предыстории отчего-то писалось только не всеми (и небезосновательно)) почитаемой газетой сб (на сайте в смысле). а на других, обычно охочих до подобных жареных новостей, сайтах отчего-то -- никакого упоминания. а там в опубликованном материале (интервью с родителями) - оч.трогательная семейная драма, по сути трагедия даже, описана.
поищите что-то наподобие "Экс-модель сбежала из психиатрической больницы в Новинках"
точнее такой заголовок: "И иголки глотала, и со 2 этажа прыгала. History бывшей модели с психическим расстройством".
ОТВЕТИТЬ
coremecoreme 04-02-2018, 12:05
-1 1 2
«И иголки для шитья глотала, и со второго этажа прыгала». History бывшей модели с психическим расстройством
ОТВЕТИТЬ
coremecoreme 05-02-2018, 12:32
+1 1 0
к чему минусить? это - корректный заголовок ориг.статьи
ОТВЕТИТЬ
ЧестноТак 03-02-2018, 23:07
-13 4 17
Когда то и я ходил в подобную секту. Или в общество расширения сознания. Не важно. Я после занятий мог пройти домой километров шесть зимой просто в майке. А куртку тащил в рюкзаке. И до сих пор спасаюсь от простуд простейшими приемами, которыми меня наделили учителя. И я не болею. Да и прочие практики вполне помогают. Но я просто ушел вовремя, времени не было на полный цикл. К счастью или нет...
ОТВЕТИТЬ
Секта это очень громко. Человек выпал из общепринятых рамок поведения. Похоже на поиск себя, в 20 лет то. Кто-то был скинхедом, кто-то панком, кто-то пел харе Кришна, харе рама, кто-то брейк данс танчил. Вы себя вспомните. Вот продолжение истории со сдачей в больницу это уже нераскрытая часть, что ему там выписали, как лечили в 90е. Итог понятен, полмозга выключено. У меня есть родственник, который тоже с депрессией выпал из социума и никому не нужен кроме своих близких родных. И на Бехтерева лежал и у психиатора наблюдается. Закрылся наглухо. Пьет антидепрессанты, прочие колеса лет пять. Я так смотрю на это и вижу, что у человека и эгоизм сильно зашкаливает и обида какая-то на всех. Любви и радости что-ли не хватает. Как ребенок маленький, модель поведения.
ОТВЕТИТЬ
Где логика менять имена, но выкладывать фото, где отлично видно лицо героини???
ОТВЕТИТЬ
coremecoreme 04-02-2018, 20:56
-1 0 1
и сфоткано на пушкинской, кста
ОТВЕТИТЬ
ЗАЛОГИНЬТЕСЬ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТИ
VKONTAKTE
Или комментируйте с помощью капчи
НОВОЕ НА CITYDOG.BY